"Ты едешь в машине и зависимость прямо на скорости тебе стучится в окно". Три истории игроманов
Время работы консультационной службы:
понедельник - четверг с 18.00 до 20.00
Вы можете позвонить: +375 (29) 150-11-22
или написать в онлайн-чат
Понедельник - четверг с 18.00 до 20.00
+375 (29) 150-11-22      онлайн-чат
Время работы консультационной службы:
понедельник - четверг с 18.00 до 20.00
Вы можете позвонить: +375 (29) 150-11-22
или написать в онлайн-чат
Понедельник - четверг с 18.00 до 20.00
+375 (29) 150-11-22      онлайн-чат

Личный опыт

"Ты едешь в машине и зависимость прямо на скорости тебе стучится в окно". Три истории игроманов

В продолжении темы игровой зависимости публикуем три истории игроманов Георгия, Никиты и Артура (все имена изменены). Прочитайте, как мужчины столкнулись с игровой зависимостью, чего им стоило признаться в своих проблемах и как они борются за каждый новый день без игры.


"Можно было не спать, не есть, только игра была на первом месте. В это время я терял контроль над жизнью, над временем". 


Георгий (имя изменено). В ремиссии три месяца. Стаж игры 7 лет.

stavki-sportivnye.png


Я начал играть с 18 лет и играл до 25. Играл исключительно в букмекерских конторах. Всю жизнь занимался спортом и делал ставки на определенные виды спорта, в которых разбирался. Начал играть, когда поступил в университет. Первый раз пошел за компанию с ребятами, которые этим уже увлекались. Первая ставка не выиграла, но я решил продолжить. 

Сидел, анализировал, второй раз ставка зашла. Потом еще через неделю сыграл. Играл так раза три в месяц. Когда я выигрывал, то шел и снимал деньги, а потом также компульсивно тратил их на что-то. Деньги заканчивались, я шел играть опять и так втянулся, что уже не мог не играть. Играл по ночам. Потом пошли проигрыши. Начал занимать деньги у мамы, у друзей, у знакомых. Много обманывал, приходилось юлить, где-то находить деньги. 

Когда я возвращался в игру, то чувствовал себя комфортно. Первое время я это оценивал, как дополнительный заработок. Все было круто на тот момент, я даже не задумывался, что есть такая зависимость, и какие последствия меня ожидают. У меня дважды был перерыв в игре. Первый раз, когда год служил в армии, а второй раз — полгода, когда жил в другой стране. Там я тоже искал, где поиграть, но не получались, видно, не судьба.


Клялся жене, родственникам, что смогу завязать. Проходила неделя, приходил аванс и все возвращалось.


Когда вернулся в Беларусь, вернулся и в игру. Со временем деньги перестали меня интересовать. Был важнее сам процесс нахождения в игре. Никто не трогает, получаешь положительные эмоции. От проигрышей отходил долго, а потом под конец мне не важна была сумма: я не испытывал эмоций не от проигрыша не от выигрыша. Получал удовольствие от самого процесса, чем больше я находился там, тем больше был удовлетворен. В это время я терял контроль над жизнью, над временем. Можно было не спать, не есть, только игра была на первом месте.

Через какое-то время я женился. Начал брать деньги из семейного бюджета, сразу проигрывал и зарплату, и аванс. Шел домой и не знал, что говорить жене, мысли возникали вплоть до суицидальных, просто не хотелось порой жить. Все равно меня это не останавливало. Клялся жене, родственникам, что смогу завязать. Проходила неделя, приходил аванс и все возвращалось. Постепенно все превратилось в рутину, после проигрыша я возвращался домой и уже знал, что буду говорить, знал, что будет говорить жена, а позже знал, что мне ничего за это не будет.

Постепенно долги начали расти, один раз за месяц я проиграл три тысячи долларов. Тогда я понял, что чем дальше, тем будет хуже, я потеряю семью, останусь один физически и опустошенным морально. Не будет смысла жить. Я ходил, как привидение, без эмоций. Просыпаешься утром с одной целью — найти деньги, засыпаешь с нею, сны снятся, как ты играешь. В общем было страшно.


Каждое утро, проснувшись, напоминаю себе что я игроман, и только сегодня что бы не случилось, я не буду играть.


Когда жену забрали в роддом, я взял деньги из дома и пошел играть. Проиграл приличную сумму в тот же вечер. Начал себя накручивать, ночь не спал, не знал, что говорить жене. Представляете, я не спал и волновался, потому что проиграл, а не потому, что моя жена в больнице и у меня скоро родится ребенок.

 Когда жена написала в 5 часов утра, что она родила, я ничего не почувствовал, никаких эмоций не было вообще. Я признался через три дня, что крупно проиграл. Сказал жене и родственникам, что болен, что мне нужна помощь. Месяц лежал на реабилитации в 21 наркологическом отделении, теперь хожу в группу анонимных игроков и в терапевтическую группу.

Мысли о игре возникают часто. На данный момент очень трудно для меня не заметить рекламу игорных заведений и букмекерских контор. Когда гуляю по улице, либо смотрю фильм в интернете, появляется ощущение, что меня преследует эта реклама. Самочувствие сразу становится ужасное. Испытываю нервозность, страх вернуться в игру. В фантазии кручу всю ситуацию до конца, что со мной будет если я вернусь в игру

Каждое утро, проснувшись, напоминаю себе что я игроман, и только сегодня что бы не случилось, я не буду играть.


"Как и в любой зависимости, игра по маленьким ставкам приносит удовольствие только в начале, в дальнейшем, чтобы получать те же ощущения, мне приходилось увеличивать ставки".


Никиты (Имя изменено). В ремиссии 3 года

original.jpg

Мне казалось, что играть в азартные игры я начал с 16 лет, но сейчас понимаю, что я был азартным всегда. Когда мне было 6 лет, моя бабушка дала мне один рубль для игры в советские моментальные лотереи. Покупаешь билет и сразу получаешь результат. Я начал играть и не мог остановиться, тогда меня чудом оттянула моя двоюродная сестра. Сейчас я понимаю, что, если бы меня не остановили, проиграл бы все до последней копейки. Тот случай я вспоминаю, как невозможность остановиться. Это уже тогда была моей проблемой.

Играть в легальные, если так можно выразиться, азартные игры я начал еще школьником. Я играл во все, но больше любил игровые автоматы. Я играл и мне очень крупно везло. Меня называли фартовый. Я мог выиграть месячную зарплату преподавателя университета. Тогда это были приличные деньги.

В 90-х я связался с одной полукриминальной группировкой. Они часто «заседали» в одном казино, отдыхали, говорили о своих полукриминальных делах. В это время приходил я и на свои копейки что-то выигрывал, тогда они меня они останавливали и часть выигрыша забирали себе. Я был не против, потому что это повышало мой авторитет.

Потом я уехал за границу на учебу. Родители дали хорошую сумму подъемных, которых бы хватило, грубо говоря, чтобы питаться 1,5 года, но я их проиграл за полгода. Когда начались проигрыши, я продолжал играть, я думал, что мне вот-вот сейчас повезет. И этот момент меня цеплял. Я думал, что могу контролировать игру, могу выиграть, могу вовремя остановиться.


Для игромана самое важное просто играть. Важен факт употребления. Игроман чувствует себя круто именно в процессе игры, выделяется эндорфин, получаешь максимальный кайф.




Все это были иллюзии. Я играл не для того, чтобы выиграть или отыграться, это все только повод. Для игромана самое важное просто играть. Важен факт употребления. Игроман чувствует себя круто именно в процессе игры, выделяется эндорфин, получаешь максимальный кайф. Как и в любой зависимости, игра по маленьким ставкам приносит удовольствие только в начале, в дальнейшем, чтобы получать те же ощущения, мне приходилось увеличивать ставки.

Я вернулся в Беларусь и продолжал играть. Родители реагировали очень сложно. Они до сих пор не понимают меня. Нельзя понять зависимого не будучи зависимым. Я много раз пытался остановиться, особенно, когда очень сильно проигрывался. Все эти попытки привели к тому, что у меня появились переходные алкогольная и наркотическая зависимости. Когда я переставал играть, то начинал пить. Употребление алкоголя я тоже не контролировал. Я выпивал до потери пульса, до невменяемого состояния.

В это время я начал искать жену. Знаете, такие есть стереотипы: ты должен жениться и так далее. Я думал, что если я женюсь и у меня появится ребенок, то перестану играть. Вначале эмоции от отношений перехлестывали, и я действительно не играл, а потом появляется ответственность, от которой игрок всегда бежит. Зависимость — это зона, где меня не контролируют, зона, где я сам себе подвластен.

Я зарплату мог проиграть за час, за полчаса. Это не было проблемой. Я никому не пожелаю тех состояний, которые переживал. Даже своим врагам не пожелал бы. Тебя размазывает. Страшно жить, страшно за собственного ребенка. Сейчас я, по крайней мере, знаю, что с этим делать, а тогда не понимал.


Когда я переставал играть, то начинал пить. Употребление алкоголя я тоже не контролировал. Я выпивал до потери пульса, до невменяемого состояния.



И все катилось в пропасть до 30 лет, пока я в одной из заграничных командировок не проиграл большие деньги с корпоративной карточки. Сумму была равна моей зарплате за 1,5 года. Тогда уже начала задавать вопросы жена.

Раньше, когда мне требовались деньги, я говорил ей, что где-то подставился, где-то зацепил чью-то машину, и чтобы не доводить дела до милиции, надо дать денег владельцу. После этого события все эти случаи открылись. И тогда я начал говорить хоть какую-то правду.

Лежал 1,5 месяца в ребцентре, ходил к психотерапевту, ходил в группу анонимных наркоманов, тогда групп для анонимных игроманов не было. Три года не играл, три года ремиссии, а потом сорвался. Психотерапевт ушла в декрет. Одна бабушка умерла, вторая бабушка умерла, дядя умер. На меня так накатило, что я не знал, как жить дальше.

Потом все-таки остановился. И так я тыкался-мыкался 2,5 года по группам, по терапевтам. В жизни все было хорошо, карьерный рост. Прекрасно зарабатывал. Все круто. Но на душе было плохо. Три месяца не играю, начинаю что-то делать и срываюсь. И желания жить тоже не было. Появились суицидальные мысли. И этого момента я очень сильно испугался. Потому что уже начались очень большие проигрыши. Ты откладываешь деньги, а потом моментально все проигрываешь. Все планы, а вместе с ними жизнь рушатся!


Я никому не пожелаю тех состояний, которые переживал. Даже своим врагам не пожелал бы. Тебя размазывает. Страшно жить, страшно за собственного ребенка.




У меня были попытки начать работать по программе анонимных игроков. Но моя беда была в том, как и у многих зависимых, что только я знал, как правильно себя лечить. Некоторые игроманы думают, что они могут придумать собственную стратегию. Все это не работает. Сила воли не работает. Когда мне становилось хорошо, я переставал ходить на группы, и это было всегда первым шагом к срыву. Постепенно негатив накапливается-накапливается и потом я иду играть, чтобы обезболиться.

Если я думаю про игру, она ко мне приходит… Если я думаю о благосостоянии своей семьи, приходит благосостояние, но для этого надо что-то делать. Я начал постоянно, день за днем, работать по программе анонимных игроков. Только так можно изменить свою жизнь.

Сейчас я думаю о совершенно других вещах. Конечно, бывает тяга, потому что эта гадость на всю жизнь, но она контролируемая. Мне, например, сейчас не хватает некоторого количество оборотных средств, и моя голова мне говорит, что, Никита, ты же знаешь, где взять деньги. Ты едешь в машине и зависимость тебе стучится в окно прямо на скорости. Рядом никаких игровых клубов нет. Просто как какой-то момент из прошлого. Но я не хочу этого делать. Сейчас я могу взять трубку, позвонить собрату из группы анонимных игроков, где меня действительно понимают, и разговор мы закончим смехом. Потому что такова жизнь. Я понимаю, что с этим буду жить всю жизнь…

Я замечаю, что по каким-то вещам, я, зависимый, стал устойчивее, чем моя независимая жена. Теперь я стал мужем, а моя жена замужем. Я этим горжусь, и я не хочу жить, как раньше.


"Когда мне удавалось что-то выиграть, у меня начинался ступор, я не знал, что делать с деньгами дальше, хотелось их сразу же проиграть".

Артур (имя изменено). В ремиссии полгода. 

895b2b1f31d0529b6e5a7e758f8f1f18.jpg

Когда мне было примерно 17 лет, мой приятель предложил пойти вместе с ним в казино поиграть в рулетку, он уже пару раз бывал там и, играя по определенной «системе», ему удавалось выигрывать. Он весьма убедительно обрисовал перспективы легкого «заработка», и я воодушевленный отправился вместе с ним. В первый же раз я выиграл сумму, сопоставимую с суммой моей стипендии. В этот момент меня захлестнула пьяная волна радости, почувствовал прилив эмоций, эйфорию. Было лето, тепло, я был очень доволен собой и своим выигрышем.

На первый выигрыш купил себе спортивного питания, и я помню, что что-то мне из этого питания не пошло. Подумал, что какие-то сатанинские деньги. Тогда кстати мне впервые закралась мысль, что здесь что-то не то, но тогда я не обратил на это особого внимания. Я продолжил играть в рулетку.

Что у меня проблемы, я понял много лет спустя, когда уже отучившись, после службы в армии, начал работать. Я часто проводил выходные в казино. Основным моим увлечением была рулетка. В какой-то момент произошло мое знакомство с игровыми автоматами. Перспектива выигрыша в них обрисовалась в моей голове, когда я стал свидетелем крупного выигрыша одного из игроков. Я начал понемножку «экспериментировать» с небольших ставок. Был конец «нулевых», по всему Минску, в центре и спальных районах начали открываться игровые клубы: «Максбеты», «Вулканы» и прочие. К этому времени уровень моих ставок для игры на рулетке вырос, а крупные суммы у меня не задерживались. Для игры же в автоматы достаточно было минимальной суммы. На тот момент я в принципе неплохо зарабатывал, но практически все «спускал» в «автоматы». Жил от зарплаты до аванса. Занимал деньги в долг. Брал на игру потребительские кредиты. Самый большой проигрыш был, наверное, около 800 долларов.


Среди игроманов есть принцип, сел в лужу сам, посади и товарища. Мы так или иначе радуемся провалу своего соратника. Это патологическое отношение между людьми, они не дружат между собой.


Мой круг общения сформировался из людей, которые играли и выпивали, поэтому я так или иначе возвращался в игру снова и снова. Среди игроманов есть принцип, сел в лужу сам, посади и товарища. Мы так или иначе радуемся провалу своего соратника. Это патологическое двуличное отношение между людьми, игроманы не дружат между собой. Почему часто ходят вдвоем? Если «друг» выиграет, то может дать тебе денежку, если проиграет, то тебе будет не так обидно, что ты был пустой в этот день.

Я недолго скрывал в семье, что играю. Все знали об этом. Как знали и о моих проблемах с алкоголем. Мои родственники «помогали» мне «завязать» иногда давая деньги, что бы я мог закрыть долги. Часто я действительно искренне расстраивался и раскаивался после проигрышей, но спустя некоторое время я возвращался в игру снова и снова. В памяти «затирались» плохие воспоминания, появлялась мысль о положительном исходе будущего «сражения». Я начинал придумывать различные сценарии будущей игры, что на этот раз все будет иначе, все будет под контролем и снова возвращался в игру.

Я понимал, что это проблема, но остановиться уже не мог. Все свои деньги я проигрывал, пропивал либо то и другое одновременно. Куда обратиться за помощью я не знал. Как-то однажды пошел на открытое собрание к одному медийному доктору, с собой было около 100 у.е. на кодировку, которые дала мама. После собрания встал, вышел из зала, перешел через дорогу и спустил деньги в автоматы…

Долгое время основная мотивация у меня была играть, а в какой-то момент я начал заходить в игровые заведения, чтобы просто посмотреть. Без денег, с деньгами – это было не важно. Дома мне было абсолютно неинтересно и скучно, и я отправлялся в клуб в поиске каких-то ощущений… Когда мне удавалось что-то выиграть, у меня начинался ступор, я не знал, что делать с деньгами дальше, хотелось их сразу же проиграть. Они были просто целью играть дальше. На выигранные деньги я никогда себе ничего не покупал. Мне жалко было тратить деньги на самого себя. Я с легкостью мог их прокутить, но не мог позволить, к примеру, купить себе новый мобильный телефон. Максимум могу купить продукты в ночном магазине, когда возвращался домой пьяным.

К 2012 году я был истощен как физически, так и психически. Я был очень нервным и раздражительным. Иногда мне казалось, что я на грани суицида. Большую часть времени я чувствовал себя подавленным и несчастным. Поскольку все деньги проигрывались, я принял решение уволиться с работы. Когда меня «рассчитали» я поехал «отмечать» увольнение в казино. Спустя пару недель я уже был «пустой». Около года я нигде не работал. 

На мое счастье, в 2013 году в Беларуси было принято решение о добровольном запрете на посещение игорных заведений: ввели так называемые «блэк-листы». Когда закон был принят, я дрожащей рукой написал заявление на год. Если бы этого не случилось, я продолжал бы играть. Это помогло. Весь год я не играл. Когда написал этот лист, у меня было ощущение, будто камень с плеч свалился. Начало казаться, что вообще эта история была не про меня. Я потихоньку начал приходить в себя. К этому же времени я начал предпринимать попытки «завязать» с алкоголем.

При этом у меня сохранился круг общения с людьми из той сферы, я поддерживал с ними контакты, только просто прекратил посещать игровые заведения. Естественно, и материальное положение улучшилось, но, когда год начал подходит к концу, то я почувствовал, что меня все чаще и чаще начали посещать мысли о том, что неплохо было бы просто сходить и посмотреть, как играют другие, посмеяться, отдохнуть, выпить там немножко…


Где бы я не находился, у меня была идея фикс: прийти и сесть за аппарат, закурить, взять чашечку кофе или бокал пива и расслабиться.


Когда действия блэклиста закончилось, я вернулся в игру: проиграл деньги, сколько было, ушел в запой… Снова написал «блэк» на год… Спустя год история повторилась. Тогда у меня была идея выздоровления: если я не буду играть примерно такой же период сколько играл, то меня полностью отпустит… Но это не получалось. Я срывался.

Сейчас я нахожусь в действующем «блэк-листе», но летом 2020 года несколько раз «проникал» в игровой клуб через своего знакомого игрока. Сперва я за несколько заходов проиграл деньги из своей заначки, а потом проиграл достаточно крупную сумму из семейного бюджета. 

Игра у меня сопровождалась запоем. Я рассказал обо всем супруге и решил, что на этот раз завяжу. Где-то спустя месяц после этого эпизода у меня случился нервный срыв, с которым справиться самостоятельно не мог. Я обратился за помощью в центр «Пробуждение», где посещаю групповую терапию для людей с зависимостями, хожу в группу сообщества «Анонимных игроков». Также уже полгода употребляю антидепрессанты.

Что я «потерял» в игре? Время, молодость, физическое и психическое здоровье, отношения с близкими, отношения с противоположным полом, честность, веру в себя, образование, карьеру.

Что я «приобрел» в игре? Бедность, притворство, трусость, лживость, алкогольную зависимость, зависимость от курения, физическую немощность, проблемы с психикой, отсутствие отношений с противоположным полом, завистливость, круг общения из игроманов и людей злоупотребляющих спиртным.

На сегодняшний день я не играю уже полгода и 8 месяцев не употребляю алкоголь. Постепенно я начал приходить в себя, и, я надеюсь, жизнь будет налаживаться. Меня постоянно преследует чувство вины и обиды за прошлое. Мне пока сложно смириться с тем, что я зависим и моя психика не вполне здорова…

Конечно, меня периодически посещают мысли об игре. Но сейчас скорее как воспоминания. К сожалению, часто эти воспоминания носят «приятный» оттенок. Это мы называем «тягой». Стараюсь прогонять их. Не могу сказать, что испытываю острую необходимость играть в азартные игры, но в тоже время не могу сам себе гарантировать, что не сорвусь… Стараюсь жить по рекомендации: день за днем, оставаясь трезвым, свободным от игры только сегодня.

Записал Андрей Голуб